Станция «Физтех»

По легенде, на планах московского метро в 1996 году появилась строящаяся станция «Физтех», следующая за тогда еще Алтуфьевской. Но вообще-то за Алтуфьевской метро никогда не планировалось. Оказалось, что это шутка студентов Московского физико-технического института, базировавшегося в далёком Долгопрудном. Они договорились распечатать и распространить новые схемы метро со станцией возле родного вуза.

Эта шутка была принята на веру сразу несколькими наивными московскими издательствами, и вскоре вышли несколько путеводителей, в которых станция «Физтех» была уже работающей.

Остров сокровищ

Кузнецкий мост был известен всей Москве как место, где работали «книжные жучки». Это были неприметные с виду люди, которые могли достать из-под земли любую, самую недоступную в советской столице книгу. Недоступной книга могла стать по двум причинам: или быть редкой и дефицитной, или запрещенной.

Так вот, на Кузнецком мосту продавался как любой дефицит, так и любой самиздат, под носом у самого КГБ. Не обходилось, однако, без недопониманий. Один юноша взял почитать «Остров сокровищ» и потерял. Как ни старался, другой такой же, чтобы вернуть, найти не мог. И отправился на Кузнецкий мост. За крупную сумму он заказал «Остров сокровищ» из-под полы у «книжного жучка». Развернув дома сверток, юноша обнаружил, что под обложкой приключенческого романа о пиратах скрывалась запрещенная во всей Москве и всем Советском Союзе книга писателя-эмигранта Александра Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ».

Плагиат на Никольской

Это сейчас Никольская улица памятна всей Москве как главная улица болельщиков Чемпионата мира по футболу. А главное, чем славилась улица Никольская для дореволюционных москвичей, – это книги. В начале века на Никольской в огромном количестве продавалась литература, причем в основном не очень высокого толка. Там можно было закупиться первой русской народной беллетристикой – тогда это называлось не французским словом, а вполне бескомпромиссным словосочетанием «лубочная литература»: любовные романы (например, «40 раз женатый, или невинные жертвы разврата»), героические эпосы («Битва русских с кабардинцами»), авантюрные романы («Разбойник Чуркин») и даже агитационные тексты (брошюры «Долой пьянство» и «К свету»), а еще сказки, календари и прочие издания в мягкой обложке, которые неловко было бы читать в метро, если бы оно под дореволюционной Москвой уже мчалось.

А еще там же процветало пиратство. Особым спросом пользовался Николай Гоголь. Например, повесть «Тарас Бульба», чтобы не платить авторских отчислений, продавали как эпический роман «Егор Урван, атаман запорожского войска». Гоголевскую же «Ночь перед Рождеством» перепечатывали как повесть «Кузнец Вакула». Наконец, под обложкой триллера «Страшная красавица, или три ночи у гроба» скрывалась повесть Николая Гоголя «Вий».

Горе от ГУМа

Государственный универсальный магазин на Охотном ряду нравился не всем. По легенде, Михаил Суслов, второй секретарь партии и второй человек после Брежнева, очень не любил ГУМ. Вплоть до того, что, пока Брежнев был в отпуске, Суслов внес в Политбюро предложение – магазин закрыть. Это совершенно не устраивало министра торговли Александра Струева. И у него созрел план. Виктория Петровна Брежнева – супруга Генсека, и Галина Леонидовна Брежнева – дочь Генсека – были двумя верными клиентками ГУМа. Их попросили зайти для неотложной примерки заказов. Закройщицы встретили дам грустным: «Это наша последняя встреча. ГУМ ведь закрывают». Задумка удалась – Брежнев вернулся из отпуска через несколько дней и спросил, какой «умник» решил закрыть ГУМ. Автора идеи никто благоразумно не вспомнил.

Концерт Pink Floyd

В СССР группа Pink Floyd считалась идейно и нравственно вредной. Когда они все же приехали в Москву, многие москвичи посходили с ума. Билеты тут же разобрали перекупщики и перепродавали за неподъемные 70 рублей. Фанаты накануне остались ночевать в зале под сиденьями, чтобы бесплатно попасть на концерт, а молодые художники из Суриковского института билеты просто нарисовали. Зрители плакали, подпевали и обнимались. Pink Floyd сыграли все, кроме самой ожидаемой «Hey You», и даже запустили под потолок огромную надувную свинью с обложки их альбома.